in ТАБУ (полинезийск. ta — отмечать + pu — наречие усиления; «всецело выделенный, отмеченный») (запрет, священное предписание, обет)

Обычное значение этого слова — «священный». Оно указывает на связь предмета с богами, отдаление от обычных занятий, исключительную принадлежность чего-нибудь лицам или предметам, почитаемым священными, иногда — «объект обета». В то же время табу не заключает в себе обязательного морального элемента. Термин, противоположный табу, — ноа (nоа — всеобщий, обыкновенный).

Табу — термин, заимствованный из религиозно-обрядовых установлений Полинезии и ныне принятый в этнографии и социологии для обозначения системы специфических религиозных, социальных и культурных запретов — системы, черты которой под различными названиями найдены у всех народов, стоящих на разных ступенях развития. Внешним признаком, общим всем для всех явлений категории «табу», служит всегда сопутствующий им атрибут «священности», абсолютной божественной императивности, повелительности (agos, ieros у греков, sacer y римлян, kodesh у евреев и т. д.). Огромное количество запрещений и обрядов, созданных этой системой, являются иррациональными даже с точки зрения ее последователей, находя свое оправдание исключительно в категорическом императиве религиозного требования. Генезис этих запрещений кроется в суеверном стремлении человека оградить всякое разумное, с его точки зрения, религиозное правило или запрет целым рядом параллельных запретов в совершенно посторонних областях, руководствуясь либо простой аналогией с основным запретом, либо желанием оградить основной запрет от даже самой отдаленной возможности нарушения. В Талмуде все подобные запрещения так и называются «оградами закона». Простейшим примером этих «оград» могут служить законы о субботе, для охраны святости которой была установлена целая масса запретов, ничего общего не имеющих с самим принципом субботнего отдыха (напр. запрет прикасаться к светильнику, носить платок в кармане и т. п.). В свою очередь каждое новое — созданное по аналогии или для ограждения старого — запрещение становилось предметом дальнейших расширительных запрещений. Санкцией и охраной подобных запрещений служиn фетишистское преклонение человека перед всем, что старо, традиционно, завещано отошедшими поколениями, и в особенности перед тем, что закреплено традиционным атрибутом табу — священностью. Когда же в процессе религиозного творчества начинает участвовать тенденциозная и часто корыстная инициатива жреческого сословия и светской власти, система табу образует из себя ткань регламентации, опутывающую все детали жизни, лишающую общество возможности свободного развития. Психология, создавшая табу, проявиляет себя не в одной лишь религиозной сфере, а во всех областях духовной и общественной жизни, в праве, морали и даже науке и в значительной мере служит причиной их застоя. Классической страной, в которой система табу получила свое полнейшее развитие, является родина табу Полинезия (от островов Гавайи до Новой Зеландии). Тут система запретов охватывала все сферы жизни и являлась единственной формой регламентации, заменявшей все то, что у нас называется официальной религией, законом, юридической моралью и правом.

Табу — священный
Прежде всего табу применялось ко всему тому, что имело непосредственное отношение к божеству. Личность жрецов, храмы и их имущество были строжайшими табу, т. е. считались не только священными, но строжайше неприкосновенными. Далее, короли и начальники, ведшие свое происхождение от богов, были вечными табу. Все, что имело хотя бы малейшее отношение к их личности и имуществу, было священно и неприкосновенно. Даже имена их были табу: подчинённым запрещалось их произносить. Если имя короля случайно звучало наподобие какого-нибудь общеупотребительного слова, то это последнее становилось запретным и заменялось новоизобретенным термином. Все, к чему прикасались короли или начальники, тоже становилось табу и отчуждалось в пользу прикоснувшихся. То же действие имела капля крови короля, упавшая на землю или вещь (Новая Зеландия). Тропа, по которой шел король, дом, в который он входил, превращались в табу. По тропе запрещалось ходить, из дома необходимо было выбраться. Точно так же становилась табу всякая вещь, которую король или начальник называл частью своего тела, — например, сказав, что такой-то дом его спина или голова. Пища таких избранников была строжайшим табу. Отведавший ее, по убеждению полинезийцев, навлекал на себя неизбежную смерть. Предметом страха были не только общеплеменные или национальные божества, но и божества менее крупные, божества отдельных родов или семей. Правом провозглашать табу пользовались поэтому не только жрецы, короли, вожди, но и отдельные селения, даже отдельные лица в качестве хранителей своих домашних и земельных богов. Отсюда возникло право отдельных лиц провозглашать табу на свою землю, деревья, дома, отдельных селений — на свои поля во время жатвы. Эти два последних примера могут служить яркой иллюстрацией того, как даже на первых ступенях развития право собственности искало себе санкции в религиозных представлениях. Атрибут «священности» этого права ведет свое начало еще от периода табу.

Дни и сезоны, посвященные религиозным целям, обставлены были строжайшими табу. В обыкновенные дни табу требовалось только воздерживаться от обычных занятий и посещать богослужения, но во время чрезвычайных табу запрещалось даже разводить огонь, спускать лодки на воду, купаться, выходить из дому, производить какой бы то ни было шум. Запреты распространялись даже на животных: собаки не должны были лаять, петухи — кричать, свиньи — хрюкать. Чтобы помешать этому, гавайцы завязывали морды собак и свиней, а птиц сажали под тыкву или завязывали им глаза куском какой-нибудь ткани. На Сандвичевых островах за шум, произведенный в сезон табу, виновные подвергались смертной казни. Чрезвычайные табу устанавливались во время приготовления к войне, перед большими религиозными церемониями, во время болезни вождей и т. п. Табу продолжались иногда годы, иногда несколько дней. Обычная их продолжительность составляла 40 дней, но бывали табу, продолжавшиеся по 30 лет, в течение которых запрещалось стричь волосы. На все время табу целые округа или острова становились как бы под карантин: даже приближаться к табуированной местности было строжайше запрещено.

Табу — нечистый
Термин табу у полинезийцев, как и у других народов, кроме значения «священный», имел и другое, противоположное — «проклятый», «нечистый». Генезис этого второго значения чрезвычайно сложен. Первая причина кроется в том, что, кроме божеств добрых, сообщавших атрибут «священности», существовали и божества злые, причинявшие болезнь и смерть. Эти божества сообщали предметам и лицам страшные свойства, которых необходимо было избегать. Поэтому умерший и все, что имело отношение к нему, — дом, в котором он жил, лодка, на которой его перевозили, и т. д., — считалось отверженным, «нечистым», носящим в себе нечто опасное, губительное, и должно было быть неприкосновенно в силу своей губительности. Другим поводом к образованию этого значения служили строгие кары, следовавшие за нарушением табу первого рода. Предметы и лица, считавшиеся «священными» в силу своего отношения к божеству и потому навлекавшие страшные бедствия на нарушивших их «священность» хотя бы простым прикосновением к ним, должны были в конце концов вызывать страх и даже отвращение. Виды пищи, считавшиеся запретными, должны были выработать инстинктивное чувство брезгливости. На практике табу обоих родов сплошь и рядом ничем не различались. Так, лицо, очутившееся под табу второго рода, т. е. как нечистое, не могло есть из собственных рук: его должны были кормить посторонние. Но в том же положении были и «священные» вожди, бывшие под вечным табу первого рода: им не только запрещалось есть из собственных рук (их кормили жены), но они не могли принимать пищи в домах, а должны были есть на открытом воздухе. Множество табу второго рода касались женщин: во время родов они считались «нечистыми». Совместная еда с мужчинами для них безусловно не допускалась. На Гавайских островах женщинам запрещалось употреблять в пищу мясо свиней, птиц, черепах, некоторые сорта рыбы, кокосовые орехи и почти все, что приносилось в жертву (ai-tabu — священная еда). Все эти роды пищи считались табу (нечистыми) для женщин. Женщина, приготовлявшая кокосовое масло, подвергалась табу на несколько дней и не могла прикасаться к пище. Вообще пища составляла предмет множества табу. Так, например, ее запрещалось носить на спине, иначе она становилась табу (нечистой) для всех, кроме того, который носил ее запретным способом. Больше всего табу второго рода вызывало все, что имело хотя бы отдаленное отношение к смерти и умершим. Не только прикасавшиеся к покойнику, но даже бывшие на похоронах становились табу на продолжительное время. Человек, убивший врага на войне, на 10 дней лишался права общения с людьми и права прикасаться к огню. Два вида табу заслуживают особого внимания, как относящиеся более к морали, чем к религии. Женщина до брака считалась nоа (доступной) для всякого мужчины. После брака она становилась табу для всех, кроме своего мужа. Новорожденные пользовались табу королей: все, к чему они прикасались, становилось их собственностью. Прикосновение к ребенку и питье воды из его рук считалось очистительным средством.

Метки табу
Общественные табу устанавливались либо посредством провозглашения, либо знаками (столб с бамбуковыми листьями). Частные табу также устанавливались знаками (надрез на дереве означал табу собственности).

Наказание
Соблюдение табу охранялось репрессивными мерами (смертная казнь, конфискации имущества, разграбление садов, штрафы в пользу лиц, установивших табу и т. д.) и страхом небесных кар (злой дух забирался в тело и поедал внутренности нарушителя табу). Бывали случаи, когда люди, имевшие несчастье нарушить табу, скоропостижно умирали от одного страха перед неминуемой небесной карой. Этот страх давал повод людям могущественным и власть имущим устанавливать с корыстной целью табу, разорительные для массы населения. Когда в 20-х годах XVIII века на Гавайских островах появились первые европейцы, на глазах у всех безнаказанно нарушавшие самые священные табу, народ с величайшей радостью последовал примеру некоторых членов королевского дома и раз и навсегда освободил себя от страшного ига системы табу.

Табу других народов
Табу встречается не только в Полинезии: характерные его черты найдены почти у всех народов. Прежде всего его можно наблюдать у народов, родственных полинезийцам. В Микронезии употребляется даже сам термин «табу». На Маркизовых островах среди множества других типичных табу встречается оригинальный запрет по отношению к воде: ни одна её капля не должна быть пролита в жилище. На о-ве Борнео, у даяков, эта система известна была под названием Porikh. На о-ве Тиморе (Восточный Индийский архипелаг) так называемое Pomali запрещало, между прочим, во многих случаях есть руками, иметь общение с женой (после удачной охоты) и т. д. Некоторые наиболее странные черты полинезийского табу, как, например, запрет на прикосновение к пище, волосам и т. п., встречаются в самых отдаленных друг от друга местах, например в Индии и в Северной Америке (у одного из племен Frazer Lake). Случаи скоропостижной смерти от страха перед нарушением табу известны среди юкагиров на побережье Ледовитого океана. У многих первобытных племен обнаружены еще более яркие примеры табу, чем в классической стране табу, Полинезии. Таковы, например, запрещения говорить с родными братьями и сёстрами, смотреть в лицо родственникам определенных категорий близости и т. п. — запрещения, имеющие тот же генезис, как и религиозные табу вообще, т. е. тенденцию создавать «распространительные» ограничения вокруг основного запрета, имевшего свое основание (запрещение браков между родными братьями и сестрами создало запреты разговоров между ними и т. д.). У более первобытных народов мы не встречаем только термина, близкого к табу, но зато находим другие термины, близкие нашим: «грех» и «закон», которые имеют такую же силу, как и табу.

Древний Рим
Весьма характерные черты табу имеются у народов классической древности. У римлян слово sacer означало и «священный», и «проклятый». Так называемые feriae были настоящими сезонами табу: всякая работа запрещалась, за исключением таких случаев, когда вол попадал в яму или необходимо было поддержать падающую крышу. Всякий, кто произносил некоторые слова (Salus, Semonia, Seia, Segetia, Tutilina и др.), попадал под табу (ferias observabat). Flamen dialis был огражден целой сетью табу. Ему запрещалось ездить на лошади, даже прикасаться к ней, смотреть на войска, носить кольцо, которое когда-либо было сломано, иметь узлы на платье, произносить имена, касаться трупа, собаки, козла, бобов, сырого мяса, плюща, гулять по винограднику, стричь волосы не рукой свободного человека. Его ногти и волосы зарывались под плодовым деревом. Даже его жена находилась под многими табу.

Древняя Греция
У греков agos означало то же, что sacer y римлян. В Гомеровский период цари, вожди, их имущество, оружие, колесницы, войско, часовые считались ieros — священными. Во время войны рыба была табу: её запрещалось употреблять в пищу. Даже в мирное время ее дозволялось есть только в крайних случаях. В позднейший период атрибут agos применялся к свиньям: на Крите эти животные считались священными, содержались при храмах, не приносились в жертву и не употреблялись в пищу. Другие считали их «нечистыми». Греки никак не могли решить вопроса, питают ли евреи отвращение к свиньям или считают их священными. У Гомера свинопасы считались священными. Точно так же у арийских народов корова считалась то «священным», то «нечистым» животным. Это проливает свет на происхождение понятия о чистых и нечистых животных.

Евреи
У евреев особенно обильны черты табу. Соблюдение субботы было обставлено строжайшими запретами. Некоторые жертвоприношения были табу для всех, исключая священников. Первенцы плодов, животных и даже людей были табу (kodesh) и становились собственностью левитов (первенцы людей выкупались). Прикосновение к мертвым, даже к посуде, бывшей в помещении умершего, требовало очищения. Женщины после родов и во время месячных считались нечистыми. Классификация животных как «чистых» и «нечистых» и строгая регламентация употребления тех или других животных в пищу — характернейшие черты табу — нигде не получили такого широкого развития, как у евреев. Самым типичным табу у евреев является институт «назореев» (отделенных, посвященных). Святость волос, как в Полинезии, здесь играла важнейшую роль. При разрешении от обета назорей остригал волосы у дверей храма, и священник давал ему в руки пищу (ср. запрет в Полинезии касаться пищи руками во время табу).

Табу сексуальное (фр. sexe, лат. sexus — пол):
запрет определенных сексуальных действии, вводимый по самым различным причинам и чаще всего призванный регулировать сексуальные отношения. Широко распространено, например, табу на инцест. Сексуальная связь с детьми также считается сегодня табу, нарушение которого строго наказывается; в другие времена и у других народов это было не всегда так.